Музей

Администрация района

Официальный интернет-портал правовой информации

 

Основная школа Натальи Инюткиной

Инюткина Наталья Геннадьевна  В октябре минувшего года «Ставрополь-на-Волге» писал о том, что большерязанская школа отпраздновала 225 лет. Одному Богу известно, сколько  юбилеев, выпускных и прочих волнующих событий за столетия пережили сельские учителя и ученики, в том числе «на протяжении» новейшей истории, уже в новых стенах. И вот еще один юбилей: 25 января отметили 60-летие нынешнего директора этого учебного заведения Натальи Инюткиной. Тридцать из них возглавляет она школу в Большой Рязани. Половину жизни.

  Не стоит село без школы

  Согласно архивным данным, первое упоминание о церковно-приходской школе в Большой Рязани было в 1793 году. В 1934-м школа была преобразована в неполную (семилетнюю) среднюю. Для нее было построено новое здание по улице Большой. Теперь вместо храма науки воздвигнут православный храм. И ничего удивительного: место-то по-своему намоленное – многими поколениями, династиями земских-сельских учителей, имена и светлый образ которых укоренились в памяти учеников.

  – Честно вам скажу: всех наших детей – а сейчас у нас 76 учеников – я просто обожаю, – говорит, подливая мне кофе, Наталья Геннадьевна. – Потому что они настолько разные и настолько интересные... Мне кажется, самые лучшие! Нет, серьезно, правда. Здесь, в Большой Рязани, и люди-то особые. Они знают свою историю, знают, кто они, что они. Наверное, поэтому и дети такие.

  Можно представить, с какой гордостью показывала директор школы большерязанские достопримечательности гостям из своего родного поселка Прибой, что в Безенчукском районе.

  – Прошлым летом приглашала сюда своих одноклассников, приехали 12 человек, в том числе моя классная руководительница Галина Наумовна. Показала им школу, потом пошли в музей, побывали в храме и на источнике. Конечно, посидели за столом, попели песни.

  Школьные товарищи радовались, как дети: одноэтажная школа в Большой Рязани – прямо как их поселковая в далеком детстве, один к одному (теперь о ней только воспоминания: лет пятнадцать назад в Прибое построили новую, двухэтажную школу со спортивной площадкой). Вот кабинет физики, а здесь – пионерская комната. Только Наташа Симонова теперь не председатель совета дружины, а директор школы...

  За кофе и разговором рассматриваю фотографии на стенах. Вот семеро счастливых 11-классников 2010 года выпуска – последнего года работы большерязанской школы «в роли» средней (с тех пор она основная).

  – Если бы могла, я сделала бы так, чтобы сельские школы были – насколько деток хватает, – ловит мой взгляд директор. – В каждом селе, не важно сколько в нем жителей, должна быть возможность получить полное среднее образование.

  Оба парня из того выпуска, Александр Казаков и Илья Баннов, окончили среднюю школу в Большой Рязани с золотой медалью. Один сегодня работает в московском банке, другой – представителем тольяттинской фирмы за рубежом. Собственно, и выпускники девятых классов не заставляют директора и учителей краснеть. Например, уже после преобразования школы из общей в основную Саша Абушкевич, окончив девять классов с аттестатом особого образца, стал золотым медалистом в Тольятти и поступил в МГТУ имени Баумана.

  Сейчас в школе шестеро девятиклассников, и Наталья Геннадьевна переживает за них. Не за успеваемость, нет.

  – Сдавая ОГЭ в Жигулевске, наши дети подтверждают свои знания. Многие получают аттестат об основном общем образовании особого образца – то есть имеют все пятерки. Но... им же по 15-16 лет, они еще дети, а вынуждены жить в городе одни, без родительского глаза.

  Не каждый ребенок может выдержать преждевременную проверку «взрослой жизнью» и уберечься от ненужных соблазнов. Это и тревожит. И потом, если бы окончили 11 классов в Большой Рязани, полагает она, наверняка «многие остались бы жить здесь и развивать село».

  Крепкие корни              

  Наталья Геннадьевна опирается на свой опыт, на свою семейную историю. У Симоновых, рассказывает она, «детей было принято хорошо кормить и баловать, чтобы они чувствовали заботу, любовь». И прабабушка Дуня, которая жила в их доме до последних своих дней, как могла, старалась поддерживать эту традицию.

  По линии отца семья была большая и дружная, трудовая – а потому и крепкая, зажиточная. В селе Троицком (ныне входящем в сельское поселение Прибой, в 12 километрах от Чапаевска), где жили Симоновы, их знали и уважали.

  – Было большое поле, хозяйство, свои сеялка, веялка. Нанимали поденщиков, расплачивались зерном и деньгами. А в Самаре был скобяной магазин – тоже прибыльное дело. Имели свой экипаж для выездов семьей в Троицкий храм и в город. Прапрадеда все село спрашивало, когда сажать просо, ячмень, и мой папа, а он работал комбайнером, гордился тем, что потомственный хлебороб. Вот так они жили-поживали, добра наживали, а потом их всех раскулачили. Разрешили только надеть на себя старые вещи, отправили вместе с детьми на железнодорожную станцию в Чапаевск. И потом след пропал. Дом Симоновых, как водится, отдали сельсовету. Из всей большой семьи осталась одна сноха.

  – Отец моей прабабушки тяжело заболел, и заплатили большие откупные, чтобы ее оставили ухаживать за ним. Она осталась, беременная моим дедом Васей. И до последнего дня ей не давали возможности работать даже дояркой, разрешали только чистить туалеты в правлении и сельсовете. Но, несмотря на все невзгоды, она осталась в моей памяти интеллигентнейшим, полным чувства собственного достоинства, добрейшей души человеком.

  Симоновы знали себе цену.

  – В осанке папы, в его внешности была видна порода. Мама была попроще. Ее отец, мой дед Иван, как сообщили семье, пропал без вести в первые дни войны. Но баба Таня, хоть и тяжело было с одеждой, долго хранила в сундуке его вещи: «Вот придет с фронта...». Уже в конце восьмидесятых обратилась в военкомат, чтобы узнать, как сложилась судьба деда. Оказалось, что он погиб в концлагере. Есть документы: на фото он худенький мальчишечка, как будто ему лет четырнадцать – а ему был 31 год… Мама моя много лет проработала в совхозе дояркой, живет в родном Прибое. Она у меня интересная, такой живчик: умеет поднять настроение, поддержать. Мама хорошо поет старинные романсы. И вообще, знаете, я очень благодарна своей семье и горжусь ею. Горжусь своими корнями.

  Учитель – это «диагноз»

  «Учительницей» Наташа слыла с детства.

  – У меня две младшие сестренки, разница на 6 и 8 лет. Я была очень ответственным ребенком, всегда за ними смотрела. И не только за ними: мы очень дружно жили с соседями, и я была как воспитательница у ребятишек. Бывало, мама приготовит папе обед, он с поля приедет – а кастрюля пустая: это я детей угостила. Накормлю и спать уложу, как в детском саду. Учила читать, считать... В общем, была лидером. И в школе: председатель совета дружины, комсорг школы. А однажды, когда пришло время задуматься о будущем, моя любимая классная руководительница Галина Наумовна (для меня она до сих пор непререкаемый авторитет) сказала: «Наташ, а почему бы тебе не стать учителем?». Как раз одноклассница собралась поступать в Сызранское педагогическое училище начальных классов. У нас в Прибое была десятилетка, можно было доучиться, но я поговорила с родителями – меня отпустили, поехала и поступила.

  Потом – практика в школе Большой Рязани, заочная учеба на физико-математическом факультете Куйбышевского пединститута. Моя мечта воплотилась в жизнь. Успела поработать даже заведующим детским садом.

  На четвертом курсе Наталья Симонова вышла замуж за Владимира Инюткина – здешнего, большерязанского. С тех пор вместе. Вырастили дочь и сына, дети получили высшее образование. Оба обзавелись семьями. Наталья Геннадьевна счастливая бабушка: растут три замечательные внучки.

  Уже будучи директором школы, получила второе высшее образование: в начале 1990-х прошла отбор на только что открытую в Самарском государственном педагогическом университете на факультете дефектологии специальность «психолог-практик в образовательных учреждениях».

  – Я очень хотела этого, – вспоминает Наталья Геннадьевна. – И не жалею. Факультет психологии помог мне стать ближе к детям и взрослым, понять, что каждый человек уникален. Ребенок приходит в школу «породой», неограненным камушком, с каждым годом учителя-предметники ограняют его все больше и больше – и камушек начинает сиять. Проявляются таланты: уникальные певцы, прирожденные футболисты, волонтеры от Бога...

  На счету сельских педагогов немало случаев, когда трудные мальчишки, завсегдатаи подвалов и чердаков, «сосланные» в село, вырастали вполне приличными людьми. Ведь, в отличие от переполненных городских школ, дети тут все посчитаны. В деревне ведь не спрятаться – не скрыться от людских глаз, здесь все «фамилии» известны пусть не до седьмого, но уж точно до третьего-четвертого колена. Историю каждого ребенка знают «наизусть», и подход и отношение к каждому – индивидуальны.

  – Я горжусь, что живу в этом селе, работаю в этом коллективе, с такими коллегами и детьми. И ни на минуту не пожалела, что выбрала именно эту профессию. Кто-то сказал, что учитель – не только профессия, а диагноз. Диагноз на всю жизнь.

Автор - Сергей Мельник

31 января 2019 г.

Необходимо войти на портал для добавления комментария (зарегистрироваться).

Вернуться